Юридическая канцелярия Пятница, 19.01.2018, 19:54
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Литературный клуб » ЛитКлуб » Произведения наших авторов » О. Боровой. Исповедь рейдера (Продолжение)
О. Боровой. Исповедь рейдера
glavredДата: Пятница, 11.09.2009, 23:11 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 19
Репутация: 0
Статус: Offline
Свои - чужие
— Ну, рассказывай, что нового? — поинтересовался я у Вадима, присаживаясь за его столик, — Что – то серьёзное, если ты меня с места сорвал?
— Времени у нас с тобой, Антоха, практически нет, — начал Челнок без предисловий, — Поэтому и просил о срочной встрече.
— Времени никогда не хватает, особенно в этом расстрельном бизнесе. Промедление смерти подобно, — я был согласен с Челноком в том, что в данную минуту откладывать встречу и ждать более подходящего момента, было не целесообразно, и даже, опасно, — Что удалось узнать?
— Многого не знаю, однако одно скажу с полной уверенностью, — Челнок пригубил рюмку с коньяком, и продолжил, — Подставили нас, и это ещё не финал. Ещё планируются жертвы, и не одна, а много!
— Это откуда – же у тебя такая кровавая информация? — подозрительно поинтересовался я, — Или ты уже успел с киллерами пообщаться?
— Да брось задразнивать, говорю так, как оно есть, — обиделся Челнов, и демонстративно насупился.
— Ладно, проехали, давай по порядку, — предложил я мировую, и Вадим её принял.
— Как ты знаешь, я живу с одной женщиной, которая держит руку на экономическом пульсе «ОТИКа». Кстати, Ваши атаки, вызвали громкий переполох. Покойный Стоянов, словно бык на красную тряпку, реагировал на Сосновскую, и рвался в бой, желая всех вывести на чистую воду! — Вадим разошёлся не на шутку, изображая из себя, члена наблюдательного совета.
— Так может его свои - же и прибрали? — перебил я Челнока, направляя разговор в нужное русло.
— Проверял, судя по всему, не они. Я с ментами общался на эту тему, но к этому вернёмся позже, — поделился со мной своими доводами Вадим, и продолжил, — Так вот, моя Ангелина заметила странную тенденцию – за последнее время появилось немало новых поставщиков, которые завалили предприятие разным хламом. Насколько я знаю, к этому ты никакого отношения не имеешь, так ведь?
— Так, — удивился я выводу Челнока, — И что из этого следует?
— Странно как – то – предприятие рушится, кислород перекрывают, а тут новую продукцию поставляют, да ещё и оплату не требуют. Тебя это не удивляет? — обратился ко мне Челнов.
— А что это за спонсор такой тайный, не выяснил? — вопросом на вопрос ответил я.
— Пока нет, но вроде из мэрии за этих людей просили, — Вадим сделал многозначительный вывод, — Вот, я и не пойму, кто подтягивается на «ОТИК», и зачем, по сути, вдыхают в предприятие вторую жизнь?
— Потом делить будет проще, — подытожил я, — Когда предприятие пойдёт с молотка, образуется очередь кредиторов, и кто – то в спешном порядке хочет занять в ней достойное место. Вот отсюда и неоплачиваемые поставки. Мэрские люди, говоришь, задействованы? Ладно, при первой возможности разберёмся.
— Выходит, что кто – то в курсе наших планов, знает, что «ОТИК» переживает не самые лучшие времена, и пользуясь моментом, решает свои вопросы. Для нас это чревато или как? — мне нравилось, когда Челнок болел за дело, прилагая немалые усилия, чтобы достичь желанного результата.
— На миллион наделают долгов, значить и у нас сумма уменьшится, — нехитрое математическое упражнение продемонстрировало Вадиму реальные последствия сомнительных договоров, — Ладно, что ещё?
— Ещё? Даже не знаю, как помягче сказать, — Челнок собирался с силами, пытаясь выразить свою мысль, — В последнее время, дня два, «семёрка» отказывается сотрудничать. Под всякими предлогами, отмахиваются от задания, и вообще, не хотят со мной никаких дел вести.
— Вот это уже серьёзно, — то, что сообщил мне Вадим, вызывало тревогу. Те, с кем работал Челнок, всегда с удовольствием помогали ему, и были довольны щедрым вознаграждениям. Сейчас, ситуация в корне менялась, и судя по - всему, не в лучшую сторону. Разведчики отказывались сотрудничать, значить, дело плохо – или Вадим попал в чьё – то поле зрения, или за ним самим уже началась охота. Вслух я этого естественно не сказал, но посоветовал ему быть поосторожнее, и на время контакты с «семёркой», прекратить. Однако Вадим моего намёка не понял, и продолжал возмущаться:
— Нет, ты представляешь, раньше мне во всём помогали, даже сами придумывали себе задание – благо, времени у них много, и можно подработать. Так сейчас – ни в какую не хотят, ссылаются то на занятость, то ещё на что – то.
— Не хотят – и не надо. У нас, итак, информации предостаточно, — успокоил я коллегу, — Что вообще твои люди говорят? Как настроения у рабочих?
— Да настроения разные, но все недовольны нынешним руководством, — доложил обстановку на «ОТИКе» Челнов, — Людям надоело, что их без конца дёргают, не дают работать, достают проверками. Поговаривают, что если – бы был новый хозяин, то он сохранил – бы рабочие места, и дал возможность спокойно работать. Так что, в целом, настроения упаднические. Естественно, что руководство взывает к сознательности, даже создали комитет спасения, однако людям эта возня надоела, и выход они видят только в одном – в смене руководства. У моей Ангелины в отделе об этом только и говорят.
— А твои люди не могли начать самостоятельную игру? — неожиданно спросил он, чем поставил меня в затруднительное положение. Об этом я и сам неоднократно подумывал, да и факты свидетельствовали о том, что этот кто – то был в курсе всех вопросов и располагал достоверной информацией. Об этом мне намекал и Горский, а вот теперь и Вадим.
— Сосновская не могла самостоятельно приступить к решению вопроса? — повторил свой вопрос Челнок, прямо указывая на Викторию. Мне ничего не оставалось делать, как согласиться с его предположением:
— Могла, вполне могла. И даже больше – она, как никто другой заинтересована в банкротстве «ОТИКа», так как там её кинули, и не рассчитались. Так что, вполне может быть, когда Виктория почувствовала, что игра подходит к концу, и мы можем достичь определённых договорённостей, то подстроила всё таким образом, что теперь о перемирии с «ОТИКом» и речи быть не может.
— Кто свои, кто чужие – не разберешь, — с горечью в сердце, констатировал Вадим, — раньше всё было проще и понятнее. Если это враг, то он должен быть наказан. Если это друг – так за него, в огонь и вводу! А теперь всё перепуталось, всё смешалось. Черное стало белым, белое наоборот очернилось.
Я прекрасно понимал Челнока, и вполне разделял его взгляды. В памяти невольно всплыл эпизод из далёкого прошлого, который ярко иллюстрировал сделанное умозаключение. Ещё тогда, в те давние годы, когда мы жили уже в несуществующей стране, тогда в понятие дружба, вкладывался совершенно иной смысл. Мы шли выполнять задание и знали, что тыл у нас прикрыт, так как за спиной всегда была поддержка друга. И ты знал, что друг в трудную минуту не отвернётся и не сбежит, а незамедлительно придёт на помощь, и выручит в трудную минуту.
Теперь, в моей ситуации, всё было по – другому: кто друг, а кто враг, непонятно. В этом Челнок прав.
Вадим покинул кафе и пружинистой походкой направился по своим делам.

Игра без правил
Словно получив от прогулки дополнительный допинг, я остался один на один со своими мыслями, и был полон сил и энергии. Голова работала чётко, а мысли были ясными и логичными. События сегодняшнего дня необходимо было переварить, а информацию систематизировать. Сделать это можно только дома, вернее, на съемной квартире, в которой я временно проживал. Требовался тщательный анализ ситуации, так как без него, произвести расстановку сил, был невозможно.
— Итак, что мы имеем? — вопрошал я себя, и тут - же сам себе отвечал, — Во – первых, может ли быть Виктория замешана в этой дрянной истории? Может, но верить не хочется, особенно после сегодняшнего общения. Во – вторых, какую опасность таит исчезновение Стасенко? Если отбросить эмоции, и реально посмотреть на вещи, то получается, что я действую в окружении врагов. А враги действуют порознь, вне зависимости друг от друга. Если гипотетически предположить, что Виктория и Стасенко заодно, а такая версия имеет право на существование, то за моей спиной они обстряпывают свои тёмные делишки, используя меня как ширму. В последнее время все, начиная от Челнока и заканчивая Горским, говорят о неком третьем, «мистере Х», который под шумок хочет прибрать всё к своим рукам. Может этим «мистером Х» быть Виктория? Вполне, а почему - бы и нет? Она в курсе всех дел, лучше всех знает ситуацию на рынке ценных бумаг, у неё свои, личные счёты с «ОТИКом». Зачем ей работать на кого – то, если она сама в состоянии организовать захват? Деньги и связи у неё есть, так чем она не претендент на роль лидера? Может она действовать заодно со Стасенко? Может, если последнему надоело слепо подчиняться, и он требует для себя определённой автономии. Значить, им известно больше, чем мне, и к этой операции они тщательно подготовились. Я сам виноват, что не до конца просчитал соперника, и позволил водить себя за нос. Что – же получается? Кругом одни враги, куда только не ткни! Ого, вот это каламбур!
Я ненадолго прервался, прикуривая сигарету, а затем продолжил выстраивать логическую цепочку:
— Значит, кругом одни враги, и помощи ждать неоткуда. Была надежда на Челнока, но и тот не смог, не дотянулся. Сейчас руку помощи протягивает враг – начальник службы безопасности атакуемого предприятия. Всё перевернулось с ног на голову. Любимая женщина действует в корыстных интересах, преследуя собственническую цель. Советник и помощник Стасенко выполняет заказы своих хозяев. Явный противник Горский действует вообще непонятно в чьих интересах. Остаётся одна Алёна. Бескорыстный, неосведомлённый человек, который вообще не посвящён в план действий. Может ли она влиять на ход операции? По всей видимости нет, так как ей ничего не известно. Остаюсь только я. Но я – вне подозрения. То есть, получается, если на этом этапе в жертву принесены такие видные персоны, то в любой момент могут пожертвовать и нами. А мне этого никак не хотелось. Стоянова могли прибрать по команде либо Сосновской, либо Стасенко. Судя по поведению исчезнувшего Сергея Павловича, то, скорее всего, в этом замешан он. Если исходить из открытой конфронтации, то вероятнее всего это дело рук Виктории. Ликвидировать представителя «ОТИКа» могли как он, так и она. С Войцеховским проще – человек зарвался и его пришлось убрать, если это не несчастный случай. Прояснить ситуацию может только Сергей Павлович. Да, как же мне сейчас не хватает Стасенко, чтобы внести хоть какую – то ясность!
Зазвонил мобильный телефон. Это был Горский, но почему в такое позднее время?
— Алло, — ответил я на звонок.
— Антон Васильевич, события продолжают развиваться, — вместо приветствия ответил собеседник.
— Каким образом, Владислав Викторович? – спросил я.
— Самым плохим, для Вас — прозвучал ответ, — С Сосновской беда. Подробности узнаете из новостей.
Горский не стал ждать моей реакции и дал отбой. Я, ничего не понимая, подошёл к телевизору и нажал местный канал. То, что прозвучала с экрана, я не мог себе представить даже в страшном сне – от взрыва газа в доме сильно пострадала Сосновская Виктория Викторовна! С тяжёлыми ожогами она доставлена в больницу скорой помощи, где её сейчас оперируют опытные медики!
Услышанная весть парализовала меня в буквальном смысле слова – я онемел от ужаса!
— Виктория, Виктория, — беззвучно произносили губы, — Как же так, как же так? Всего пару часов назад мы были вместе, и нам было хорошо, а теперь, вот какое несчастье!
Мне хотелось кричать от обиды за себя и за неё, но крик застыл где – то в горле, и вырваться ему, было не суждено.
— Что делать, что делать? — лихорадочно думал я, пытаясь сбросить оцепенение, — Первым делом к Виктории! Кровь, деньги, что там ещё требуется в таких случаях, а там видно будет, разберёмся, лишь - бы жива была, здоровье поправим.
Мечась по комнате, я в спешке собирался на помощь Сосновской. Захватив самое необходимое, я бросился из квартиры к машине, благо она стояла во дворе, и резко ударил по педалям. Машина рванула с места, словно ждала моего приказа, и была готова выполнять любые команды. Нарушив покой и тишину спящего района, с громким рёвом двигателя, не обращая никакого внимания на дорожные знаки, я помчался в местную клинику.
На автомате, словно робот, я доехал до больницы и, буквально ворвался в приёмное отделение.
— Сосновская где? — гаркнул я что есть сил. Мой вопрос переполошил всех присутствующих. Медсёстры испугано посмотрели на меня. По всей вероятности, вид у меня был очень грозный, и связываться со мной, им не хотелось.
— В реанимации, с ней сейчас опытные врачи, — отчиталась старшая по смене.
— Где это? – спросил я.
— На шестом, но Вам туда нельзя, — она попыталась меня остановить, но видя безуспешность своего намерения, раздосадовано махнула рукой.
Искать лифт не было времени, и я пулей взлетел по широким пролётам больничной лестницы. Естественно, что меня никто не ждал и в реанимацию не пустил. Сквозь щёль приоткрытой двери, санитарка объяснила мне, что в реанимацию посторонним нельзя, как бы мне этого не хотелось. Я попросил вызвать кого из врачей, чтобы толком объяснили мне о состоянии здоровья Сосновской, и санитарка исчезла, захлопнув перед моим носом дверь. Вышел пожилой врач, с аккуратной бородкой на лице.
— А Вы кем приходитесь потерпевшей? – первым делом спросил он.
— Мужем! – гордо произнёс я, — Что с ней, как она себя чувствует?
— Пока ничего определённого сказать не могу, но надежда есть, - ответил врач, ничего конкретно не объясняя, — В Вашем случае остаётся только молиться, потому как, только Господь Бог может помочь.
— Доктор, что нужно – деньги, кровь, лекарства? — отчаянно спросил я.
— Всё – и то, и другое, и третье, — без всякого смущения ответил медик, — У нас внизу аптека, вот Вам список лекарств, там всё купите. Ищите доноров, крови надо много. А по - поводу денег, переговорим позже.
Я ринулся в аптеку, прихватив с собой список лекарств. Растолкав очередь, образовавшуюся у окошка, я протянул фармацевту перечень необходимого и сунул в руку денег больше, чем требовалось. Через пару минут заказ мой был выполнен и я опять взлетал по лестнице к отделению реанимации. Эта ночь была бесконечной – постоянные беседы с врачами, сдачи крови, приобретение необходимых лекарств – ни конца, ни края этим событиям не было. Я, словно в ночном кошмаре, тынялся по больнице, кому – то предлагая деньги, что – то от кого – то требуя, скандаля и прося, борясь за жизнь любимого для меня человека. И это помогло! Под утро Виктории стало легче, и я облегчённо вздохнул. Словно в тумане я добрался домой, где с горя или от радости достал бутылку армянского коньяка, открыл её и с горлышка выпил половину. Божественный напиток разлился по моим внутренностям, и принёс долгожданное расслабление.
— Господи, спаси и помилуй рабу твою Викторию, — взывал я к Всевышнему, вымаливая для своего любимого человека спасение. Остальное, все что смог, я уже сделал.
Сказалось перенапряжение минувшей ночи – мешком рухнув на кровать, даже не раздевшись, я уснул непробудным сном. Мне снилась всякая чушь – вначале я за кем – то гнался, потом кто – то меня догонял. Как в цветном калейдоскопе сменялся круг лиц, наблюдавших за мной – от Сергея Павловича до Алёны, от Войцеховского до Горского. Как в компьютерной игре, мне приходилось преодолевать мыслимые и немыслимые препятствия, переходя на новый, более сложный уровень, спеша к своей Виктории. Моей любимой нигде не было, и ради неё, мне приходилось сражаться с фантастическими монстрами, напоминавшими Войцеховского. Конца и края этой бесконечной череде препятствий не было, но я вынужден был пробиваться вперёд, где на горизонте уже виднелось здание больницы, в которой лежала Виктория. Оставалось преодолеть последний, самый сложный и жёсткий уровень, однако фигуры в чёрных масках и с автоматами перекрыли мне путь. Я отстреливался со своего оружия, не жалея ни сил, ни патронов, штабелями укладывая врагов, пока не прозвучал финальный звонок. Голосом Сергея Павловича мне было объявлено:
— Игра окончена, конец. Вы проиграли, господин рейдер – не на того игрока поставили! Сосновская умерла, и Вам придётся начинать всё с начала!
Я проснулся весь в холодном поту – такая концовка меня совершенно не устраивала.
— Что с Викторией, как она? — была первая мысль, с которой я проснулся, — звони в больницу, узнавай.
Так я и поступил, вняв советам внутреннего голоса.

Перемирие
Мы встречались в том – же месте, что и раньше. Первым приехал я, так как путь из больницы, занял мало времени. Буквально через пять минут появился Горский – в элегантном строгом костюме, тщательно выбритый и по – спортивному подтянутый. В отличие от меня, небритого, не выспавшегося и с тяжёлыми мешками под глазами, начальник службы безопасности «Отика», представлял собой эталон респектабельного мужчины. Но мне, в моей незавидной ситуации, было наплевать на внешний вид и деловой этикет, а самое главное – на постороннее мнение, что обо мне могут подумать люди. Чёрт с ними, с окружающими! Самое главное, что с Викторией теперь всё в порядке, и она вышла с критического состояния!
— Здравствуйте, Антон Васильевич, — я ощутил крепкое рукопожатие уверенного в себе человека, - В первую очередь, примите мои соболезнования, по – поводу несчастного случая, произошедшего с Викторией Викторовной.
Я понял, что и Горскому известно многое, особенно в части наших отношений с Сосновской, но о своей посвященности, он деликатно умалчивал.
— Ну и пусть знает, мы никакого секрета из этого, с Викторией, не делаем. Я – в частности, - промелькнула гаденькая мысль, которую я тут – же отогнал от себя.
— Спасибо за сочувствие, - искренне поблагодарил я и продолжил, - Но не об этом речь.
— Да, я понимаю, - принял игру Владислав Викторович.
--Вы наверно уже осведомлены, что это не несчастный случай на бытовой почве? – поинтересовался я у начальника службы безопасности.
--Конечно, осведомлены, - ответил оппонент, - Но смею заверить Вас, что это не наших рук дело.
--Да другого ответа я и не ожидал, - резко произнёс я, после чего Горский сжался, как стальная пружина.
— Владислав Викторович, а для чего Вы пытались столкнуть лбами меня и Сосновскую? – задал я оппоненту провокационный вопрос.
--Да нет, сталкивать Вас мы не собирались, - спокойно ответил Горский, - Просто по имеющейся информации, было сделано предположение о том, что Сосновская сама затеяла какую – то игру, и к Вашему счастью, такая информация не подтвердилась. Честно признаюсь – нам бы намного было проще, если бы Вы перессорились между собой, и каждый потянул одеяло на себя. Однако нет, конфликтов в Ваших рядах не наблюдается, что для нас не очень хорошо.
Мы с Горским говорили на профессиональном языке, без лишних упрёков и взаимных оскорблений, поэтому беседа протекала в мирном русле, и не требовала лишних усилий каждой из сторон.
— Так кто мог замахнуться на Сосновскую? – напрямую спросил я оппонента.
— Желающих достаточно, врагов у неё – море. Я думаю, что вычислить недоброжелателя можно. Меня другое интересует – кто ещё вступил в игру? Что он хочет и чего ждать в ближайшее время? – Горский так обыграл свой вопрос, что я вынужден признать актуальность его постановки.
— Не знаю, — теперь наступила моя очередь недоуменно разводить руками, — Может, кто – то из Ваших?
Мой вопрос вызвал ироничную улыбку у соперника, и своей широкой ладонью, он отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи:
—Не из наших - это точно! А вообще-то, Антон Васильевич, дело намного серьёзнее, чем Вы можете себе представить!
— Владислав Викторович, я хочу Вас попросить об одном одолжении, можно? – заинтриговал я собеседника.
--Смотря о каком, - уклончиво ответил он.
--Давай, «на ты»? А то неудобно «выкать» друг другу. Идёт? – Горский не ожидал такого вопроса, и поэтому сразу, без раздумий, выпалил:
— Идёт!
— Тогда вернёмся к нашим баранам, - вернулся я к прерванной теме.
— Да, на чём я остановился? - призадумался Горский, и вспомнив нить разговора, продолжил, - Ты человек в городе новый, вернее, давно в нём не жил, а с тех пор, многое поменялось – как люди, так и отношения. Вчерашние противники стали друзьями, кровные враги – однопартийцами, вчерашние менты и криминалитет ведут совместный бизнес. Впрочем, у нас происходит точно так – же, как и везде. Это я к тому, что руководит Вашей операцией, лидер местного масштаба, одной из популярных (или популистских) партий. И всё у Вас было – бы хорошо, да только не ладит он с нашим мэром, несмотря на то, что они однопартийцы. На самых высокий уровнях обсуждался вопрос о его отторжении от партии, однако дальше выговора, дело не пошло. И начался, вселенский хаос местного масштаба. Как один, так и другой, имеют своих сторонников и противников, как у одного, так и у другого имеется хорошо налаженный бизнес, а самое подходящее выражение для этой склоки, идёт перетягивание каната – кто кого? Погибший Войцеховский – человек лидера партии, а вот наш Бодров, был вхож в кабинет к мэру. Какие бы политические взгляды не исповедовали народные избранники, бизнес остаётся бизнесом, и в коммерческих вопросах, они всегда могли договориться. Так что, в этом случае, есть все основания подозревать нынешнего мэра, который мог увидеть нездоровый ажиотаж вокруг «Отика».
Тот круг вопросов, в которые меня посвятил Горский, итак мне были ранее известны. Ведь не зря – же, мой бессменный помощник Челноков, проделав титаническую работу, по крупицам собрал для меня недостающую информацию. Вот теперь, она становилась полезной. Во всяком случае, начальник «Отика», своей информацией, не загнал меня в глухой угол.
—Ты хочешь сказать, что этот третий игрок, по твоим данным, мэр Вашего города? Не сильно – ли круто закручен сюжет? – усомнился я в подлинности его предположений.
— А какой смысл, мне тебя за нос водить? – вопросом на вопрос ответил Владислав Викторович, - Мои хозяева уже были готовы пожертвовать частью активов, у нас бы остались связи и контрагенты, наработки и перспективы, да и авторитет не пошатнулся бы. А так, вдруг резко, кто – то жёстко пресёк все попытки мирного урегулирования инцидента. Я это уже объяснял тебе при нашей первой встрече. Перед угрозой, исходящей от более коварного противника, я предлагаю объединить наши усилия. Пока мы будем сводить счёты, он преспокойно приберёт всё к рукам, и нам ничего не останется делать, как подыскивать новую работу. Если, конечно, останемся живы.
—Что означает «объединить усилия»? – попросил я уточнения.
—Что означает? – переспросил Горский, и тут же ответил на поставленный вопрос, - Это означает, что мы должны направить все свои силы на отражение атаки из – вне, а между собой, потом договоримся. Я неожидаю немедленного ответа от Вашей стороны – посоветуйтесь, посовещайтесь, наведите справки, наконец – то, а тогда принимайте решения, но с ответом сильно не затягивайте, так как не ровен час, кто – то может пострадать ещё.
Это было странное предложение, как по своей сути, так и по содержанию. Наш потенциальный враг подставлял нам плечо помощи, перед угрозой невидимого соперника! Как я мог принять такую нелепость? Нет, без мудрого совета, здесь не обойтись. А самый верный советчик, по состоянию здоровья, был лишён возможности, активно участвовать в происходящих событиях. Не со Стасенко, в самом деле, советоваться! Словно прочитав мои мысли, Владислав назидательно произнёс:
--Будь осторожен, твой помощник может оказаться не тем, за кого он себя выдаёт. А вся информация, может уходить через него. Так что, перед тем, как принять решение, взвесь все за и против. Но на твоём месте, я бы сохранил втайне от Стасенко, предмет нашего разговора.
--Час от часу не легче, - буркнул я, и первым покинул место нашей встречи.

Око за око
Мне до зарезу нужен был Горский, и он откликнулся на мой внезапный телефонный звонок. Сразу разобравшись, что произошло, он велел мне никуда не отлучаться, и буквально через десять минут трезвонил в мою дверь. Долго ждать себя я не заставил, и сразу же открыл дверной замок. Владислав пулей ворвался в мою квартиру, и вместо приветствия, спросил:
—Ты один?
— Один, но это ничего не значит, — я показал рукой на стены, и приложил пальцы к ушам. Горский понимающе кивнул головой.
--Одевайся, времени нет, по дороге всё обсудим, - принял он разумное решение. Я, как был в спортивном костюме, так и остался в нём, поспешив во двор к машине начальника безопасности «Отика». Эта была скромная, затонированная «девятка», но как потом стало известно, с форсированным двигателем и переделанной коробкой передач. Таким транспортом снабжаются наши отечественные спецслужбы, особенно те, которые ведут невидимую борьбу с преступным элементом.
— Ещё раз, подробно, - уже в машине спросил Горский. Я в двух словах рассказал ему о том, кто такой Челнок, и о его роли в этой операции.
— Когда ты видел его последний раз? – Владислав Викторович продолжал задавать наводящие вопросы.
— Вчера, практически за час до встречи с тобой, - вспоминал я события вчерашнего дня, и передал Горскому содержание нашего разговора. Всё это время он слушал молча, лишь изредка хмуря брови.
— Понятно, - в конце рассказа выдавил он из – себя, - А дальше что?
— А дальше – утром позвонили из морга, и попросили приехать на опознание, так как мой номер телефона был единственным в его записной книжке, - мне было тяжело говорить об этом, но пересилив себя, я вынужден был говорить о несчастье.
--Тогда едем в морг на опознание, а дальше – как карта ляжет, - принял единоличное решение мой вчерашний оппонент. Судьба распорядилась так, что теперь мы оказались в одном строю, в одной упряжке, и вместе тянули одну лямку. Деваться друг от друга, нам было некуда.
--Дорогу знаешь? – только и спросил я его. Не ответив, Владислав завёл автомобиль, и мы на огромной скорости, выскочили со двора.
Процедура опознания, вместе с составлением протокола, заняла не более пятнадцати минут. Мне показали тело неизвестного, в котором я сразу опознал своего незаменимого помощника. Зрелище это было ужасное, и останавливаться на нём подробно, я не имею никаких человеческих сил. Скажу только одно, что Вадима нанесли несколько ударов по голове тяжёлым тупым предметом. Удары были нанесены сзади – два в теменную область головы, и один, видать последний, в височную, который и послужил причиной гибели Челнока. По всей вероятности, внимание Вадима было отвлечено, и убийца, смог подойти к нему сзади и совершить расправу над моим помощником. Иначе, зная Челнока не один год, он бы не повернулся к противнику спиной, и не дал – бы застать себя врасплох. Ни документов, ни чего иного, удостоверяющего личность Челнока, у потерпевшего при себе не было, за исключением телефонной книжки, в которой значился мой телефон. Но много лет зная Вадима, я не мог поверить, что у него отсутствовали документов. Я уже упоминал, что Челнок был специалистом своего дела, и документов, на все случаи жизни, у него было, хоть отбавляй. Да и мобильных телефонов Вадим имел штуки три, не меньше. Это были издержки его профессии, без которых он обходиться не мог. Но ничего этого при себе, у потерпевшего выявлено не было. Я умышленно избегаю термина «у покойного», а предпочитаю считать Вадима «потерпевшим», так как он по – прежнему, оставался для меня живой.
Мы вышли из морга в удручённом состоянии. Владислав первым нарушил тишину:
— По твоему мнению – как они могли вычислить твоего помощника?
— Не знаю, разве только, если шли по – следам, - отрешённо ответил я, - Но вчера никого подозрительного я не заметил, может он сам где засветился?
— Может и сам, а может и ты навёл, - задумчиво произнёс Горский, - Знаю точно только одно – тебя обложили со всех сторон, и если ты не исчезнешь в ближайшее время, то тебя ожидает такая – же участь. Ты – отыгранный козырь, и тебе не место в общей колоде. Впрочем, как и всем остальным.
--Это понятно, - я согласился с доводами Владислава, - Только никому от этого не легче. Сегодня тебя увидели со мной, так что, завтра твоя очередь?
--Нет, скорее твоя, - без доли шутки произнёс начальник службы безопасности, - Я из другого лагеря, и меня они, до поры, до времени, не тронут. А вот ты стоишь в ряду вместе со всеми остальными, так что тебе пора «делать ноги».
--Ты прав, это уже перешло все рамки дозволенного, но есть одно «но», которое не разрешает мне бесследно исчезнуть, - ответил я.
--Какое «Но»? – поинтересовался Владислав.
--Во – первых, Виктория, во вторых – я должен отомстить за смерть Челнока, - прозвучал мой гневный приговор, - Я втянул Вадима в эту афёру и пригласил его сюда, значить мне и держать ответ за его преждевременную кончину. Пока не расквитаюсь по всем долгам, об исчезновении и речи быть не может!
— Дело, конечно, твоё, и принимать решение только тебе, но всё – же лучше будет, когда Вы с Сосновской, исчезнете с нашего горизонта, - посоветовал Горский, - Начался «разбор полётов», и очередной мишенью будешь ты.
--Рано, Влад, рано. Пока ещё рано бросаться в «бега», - возразил я начальнику безопасности.
--Ладно, смотри сам, - произнёс он и сразу же приступил к разрешению первоочередных задач, - Сейчас мы поедем к тебе и ты останешься дома. Без лишней надобности из квартиры не выходи. Скажи Стасенко, что мол заболел, или перепил, плохо себя чувствуешь и попроси не беспокоить. Хотя, если захотят, то тебя могут и в квартире «замочить».
--Вот спасибо на добром слове, - я поблагодарил Горский за проявленное беспокойство.
--Не за что, - кратко ответил он, - Пока ты будешь дома отсиживаться, я через свои надёжные связи, попробую выяснить детали гибели Челнокова. Идёт?
Я не успел ответить, так как Владислав, взглянув зеркало заднего вида и что – то в нём увидев, уже продолжал:
--Поздравляю, за нами хвост. Я думал случайность, но нет, от самого морга тянется.
Я обернулся и посмотрел на дорогу через заднее стекло. За нами на порядочной скорости шла такая – же «девятка», с характерно затонированными окнами, антенной, определенной высоты и рассчитанной на специальный диапазон, а также с прочими, неизменными атрибутами «наружки». Определить ведомственную принадлежность автомобиля, МВД или СБУ, с ходу, не представлялось возможным, а также кто повесил за нами «наружку», пока оставалось тайной. Но машина упорно преследовала свою цель.
--Увидел? – спросил меня Горский.
--Даже не вооружённым глазом, - ответил я, - А как ты думаешь, кто это?
--Судя по бедности, по всей вероятности менты. У эсбэушников другие машины в ходу, хотя полной уверенности в этом вопросе, у меня нет, - размышлял мой собеседник, - Да и какая нам разница, кто идёт за нами?
--Большая, - многозначительно ответил я, - если эсбэушники, то это дело рук Стасенко, если менты…
--То это тоже дело рук Стасенко, - перебил меня Горский, не дав закончить начатую фразу.
--Да, - я вынужден был согласиться с ним, так как других аргументов не имел, - Будем «отрываться»?
--А какой смысл? – прозвучал встречный вопрос, - Мы же едем к тебе домой, а не на тайную встречу!
--И то верно, но всё – же охота им нервы пощекотать, - пояснил я свою мысль, - А вообще – то я думал заехать в больницу.
--В следующий раз, сейчас нет времени, - пояснил Владислав Викторович, - А насчёт наружки, я так думаю, что ещё неоднократно будем удостоены чести воспользоваться их эскортом, вот тогда нервы им, и пощекочем. Ещё, мой тебе совет – забери Сосновскую с больницы, и где – нибудь спрячь. Если эти люди пошли на такие неординарные меры, то могут повторить свою попытку и в клинике. К тому – же, в замкнутом пространстве возможностей по - более, чем на городской территории!
--Я уже принял решение, - ответил я ему на его предложение, - Сегодня – же её и перевезу!
--Без меня из – дому не выходи, - напомнил начальник безопасности, - Будешь ехать в больницу – позвони.
--Ладно, - хмуро ответил я.
Оставшийся путь мы проделали в полной тишине. Заехав во двор, я на прощание бросил Горскому:
--Значить, как и договорились. Я – дома на телефоне, а ты пробьёшь подробности гибели Челнока.
--Как договорились, - ответил мой новый союзник, и надавив на газ, пущенной стрелой помчался по своим делам.
Мне стало грустно и тоскливо. За неполных двое суток, я лишился самого проверенного человека и своего бесценного помощника, чуть не потерял любимую женщину, и вдобавок ко всему, произошла переоценка ценностей, все акценты были смещены, и действия переместились в другую систему координат. Теперь, за исключением Горского, к которому я интуитивно чувствовал доверие, мне и рассчитывать было не на кого. Оставшись один, в чужом городе, без знакомых и поддержки, со всех сторон обложенный охотничьими флажками, я не знал как правильно поступить, чтобы «разрулить» эту опасную ситуацию. Чтобы привести мысли в порядок, я отхлебнул с начатой бутылки коньяка. По телу разлилось тепло, и мои соображения стали принимать чётко – выстроенный логический порядок.
Читать дальше >>> http://uyrist.at.ua/forum/9-41-1

 
Литературный клуб » ЛитКлуб » Произведения наших авторов » О. Боровой. Исповедь рейдера (Продолжение)
Страница 1 из 11
Поиск:


Copyright MyCorp © 2018
Писатель Александр Ковалевский
© Перепечатка материалов сайта "Юридическая канцелярия" в полном или сокращенном виде только с письменного разрешения редакции. Для интернет-изданий - без ограничений, при обязательном условии указания полного имени адреса нашего ресурса http://uyrist.at.ua/ Связь с редакцией - uyrist1@ukr.net Писатель Александр Ковалевский Заработай на своем сайте каталог сайтов Rambler's Top100